Вейская империя. Том 1-5 - Страница 211

211

- Страсть к стяжанию, - сказал кто-то, - губит тела и души. Море боги сделали для рыб, а не для людей, нечего по морю-то плавать.

- А еще кто-нибудь спасся?

- Еще один человек спасся, хозяин корабля - Ахсай.

- А ведь этого Ахсая вчера ночью убили: эк их всех!

Кто-то кинул в посланника редькой, но не попал.

Тут ворота закрылись, скрыв от толпы фонтаны и флигеля, и паланкин с желтым знаменем и зеленым кругом, на котором черные точки складывались в уже знакомую Шавашу надпись: "Государство есть общество, употребляющее деньги".

Стемнело. На вершине стены зажгли масляные плошки. Шаваш обошел стену кругом, взобрался на орех, и спрыгнул в дивный ночной сад, полный неясными шорохами и дальними вскриками гостей.

Шаваш забился под куст и стал смотреть.

Красные факелы отражались в черной, как оникс, воде прудов, и белые лебеди, разбуженные музыкой и шумом, плавали за лодками, в которых сидели нарядные люди, и яства на столе были такие редкие, что даже поглядеть, не то что съесть боязно. Веселье разгоралось все сильней и сильней: засвистели флейты, чиновники стали хватать девиц и крутить их вокруг головы, юбки девиц разлетались так, что видны были их белые бедра. Один из чиновников упал, а девица на него села.

- Гасите факелы, - закричал кто-то.

Шаваш испугался, что все дело кончится общей свалкой, как у них в деревне.

Но тут Шаваш заметил, как господин Андарз, в длинном шелковом платье, покинув пирующих, засеменил в сопровождении спутницы к мраморному гроту, увитому струящимися по воздуху лентами и зеленью. Мгновение, - Шаваш скользнул, как белка, меж кустов, меж известковой стены и плетей ипомеи, и оказался в темном гроте раньше ничего не заметившего Андарза.

Господин Андарз и его спутница вошли в грот. Императорский наставник укрепил фонарь в форме персикового цветка, бывший с ним, на серебряной подставке, а девица села на край розового ложа и принялась стаскивать с себя юбку.

- Ой, - вдруг сказала девица, - тут кто-то есть.

- Да кто тут может быть, - сказал Андарз.

- Опять эти ваши выдумки, - капризно сказала девица.

Андарз, усмехнувшись, взял фонарь и наклонился над ложем: действительно, под розовым одеялом, обшитом кружевами, лежало что-то некрупное. Лежало и дышало.

- Тьфу, - сказал Андарз, - эти ручные лисицы.

Девица сняла одеяло.

На шелковом матрасике, расшитом цветами и травами, свернувшись в клубочек, спал грязный уличный мальчишка.

- Ах, - сказала девица.

- Голубчик, - сказал императорский наставник, - ты что тут делаешь?

Мальчишка что-то пробурчал во сне и перевернулся на другой бок. Господин Андарз взял со стола ведерко с холодной водой, в котором плавала ароматная дыня, которую они с девицей намеревались съесть немного погодя, вынул дыню и положил ее на поднос, а воду выплеснул прямо на мальчишку. Мальчишка взвизгнул, проснулся и подскочил, намереваясь удрать, но не тут-то было: государев наставник крепко ухватил его за волосы.

- Ой, господин, пустите, я больше не буду! - верещал мальчишка.

Одной рукой Андарз держал сорванца, а другой поднес к нему фонарь. Мальчишка был тощий и маленький: у него были большие испуганные золотистые глаза, хорошенькие пепельные волосы и хитрая, как у хорька, мордашка.

- Нахал, - сказала девица, - какой нахал!

- Ты кто такой? - спросил государев наставник.

- Шаваш, - жалобно сказал мальчишка.

- Из какой же ты шайки? - продолжал допрос чиновник.

- Из никакой, - ответил мальчишка, - я Шаваш, который сам по себе.

- Так невозможно, - сказала девица, - чтобы не быть в шайке. Иначе бы тебя давно съели.

Шаваш оглядел кружевной грот, и взгляд его, пропутешествовав по рисункам на стенах, остановился на дыне. Ноздри мальчишки расширились: он с наслаждением вдохнул чудный запах и сказал:

- Если так невозможно, то я хотел бы быть в вашей шайке.

Чиновник расхохотался.

- Да ты знаешь, кто я такой? - спросил он мальчишку.

- Вы, господин, наверно, из очень достойной шайки.

Андарз рассмеялся еще веселей. Ночное приключение ему нравилось. Это было забавней, чем девица. А девица дулась и глядела на Шаваша, как мангуста на мышь.

- Ты как сюда попал?

Шаваш вздохнул и сказал:

- У меня сестра больная, а лекарь велел ей есть утятину. Я проходил мимо сада и подумал: "Как вкусно пахнет. Наверняка тут есть и утятина! Почему бы не влезть в сад и не пошарить по столам после пира? Из косточек можно будет сварить отличный бульон!"

- Ты откуда такой заботливый? - усмехнулся Андарз.

- Из Чахара.

- Беглый, значит.

Шаваш очаровательно потупил глазки.

- И чем же ты пробавляешься в столице? Молишься святому Роху?

С тех пор, как чиновник Рох учинил в подземном царстве растрату и лишился носа, он стал патроном цеха любителей чужих кошельков.

- Я, - сказал с достоинством Шаваш, - колдую, вот, - хотите вам покажу?

И он сорвал с головы чиновника круглую желтую шапочку и поставил ее на стол.

- Что под шапочкой?

- Ничего.

Шаваш снял шапочку. Под шапочкой лежал кожаный кошелек в форме листа аквилегии, а на кошельке сидел маленький хомячок Дуня. Андарз хлопнул себя по поясу, к которому кошелек был подвешен мгновение назад, а потом усмехнулся, раскрыл кошелек, пересчитал деньги внутри, вынул оттуда пять серебряных монет, украшенных изображением танцующего журавля, и отдал Шавашу.

- Головы за такое колдовство рубят, - зашипела девица.

- Я еще маленький, - возразил Шаваш, - мне не голову, а руку отрубят.

Андарз, казалось, задумался.

- Господин, - вдруг жалобно сказал Шаваш, - возьмите меня к себе!

- Как же я могу тебя взять, - возразил императорский наставник, государь тебя мне не дарил, и вообще ты беглый.

211