Вейская империя. Том 1-5 - Страница 296

296

- Как вы уверены! - сказал Андарз, - как вы уверены, что я соглашусь! Что я не явлюсь к императору, не покончу с собой наконец! Что вы тогда будете делать?

- Господин Андарз, - мягко сказал осуец, - я действительно уверен в вас. Скоро вас арестуют. У вашего дворца очень большая толпа, но вы знаете, что в ней все меньше простых нищих и все больше воровских соглядатаев, которые караулят миг вашего ареста, чтобы быть здесь первыми после стражников? Вы знаете, что главы городских шаек уже спорят о том, как поддерживать порядок во время грабежа? А если вас арестуют, - мне бы хватило двух горстей золота, чтобы освободить вас, и я бы диктовал совсем другие условия освобожденному нами из тюрьмы Андарзу!

- Дайте мне подумать, - сказал Андарз.

- Э, нет, - возразил король Аннар, - надобно решать сейчас! Когда вам отрубят голову, решать будет поздно!

Андарз опустил голову.

- Поверьте мне, - вкрадчиво продолжал посланник, - мы осторожные люди! Если бы у Осуи был какой-нибудь другой выход, разве мы бы пошли на такое? Но у нас нет никакого выхода, и если мы не начнем действовать завтра, то послезавтра вас - арестуют, короля, благодаря интригам Нарая, перевыберут на Росомаху, а город Осуя, того и гляди, потеряет свободу!

- Да помилуйте, - вдруг заорал Андарз, что вы так носитесь с этой свободой, как с яйцом? Чего эта свобода значит?

- Свобода очень много значит, - обиделся посланник, - свобода значит, что я плачу налоги только в городскую казну, а при несвободе я буду платить еще и в казну империи.

Андарз опустил голову. Он понимал, что его загнали, как ежа в кувшин. Притворно согласиться, и рассказать все государю? Невозможно, - в нынешнем своем состоянии государь не поверит, что это не Андарз был главным зачинщиком: откуда тогда взялся план подземных ходов? От Андарзова управителя? А кто, кроме Андарза, мог велеть ему составить план?

План Айр-Незима безумен не был: и более удивительные вещи происходили с империей. Но что будет дальше? Дальше осуйские купцы будут хозяйничать по всей стране, варвары, от Чахара до Ламассы, будут жиреть данью и кровью, а он, Андарз - он будет стоять во главе декоративного правительства, единственным правом которого будет рубить столько голов неугодных Андарзу чиновников, сколько ему захочется. Андарз никогда особенно не думал о благе государства: это Нан незаметно заразил его дурной привычкой. Что бы посоветовал Нан?

Андарз заглянул в лежащий перед ним список чиновников, подлежащих устранению: на последней странице было поспешно приписано имя Нана.

- Чем это вам так насолил молодой судья? - справился Андарз.

- Нана надо убить! - заявил Айр-Незим, - это соглядатай Нарая, любитель держать ноги в обеих стременах. Если хочешь остаться в живых в смутные времена, надо убивать по одному подозрению!

"Он хочет устранить всех, кто способен управлять империей, а не только ее продавать, - вдруг подумал Андарз, - а меня он хочет оставить, я его устраиваю".

- Хорошо, - сказал Андарз, - я согласен.

Через полчаса, под восторженные крики толпы, из дома Андарза на палевой лошади выехал секретарь Теннак. Он подъехал к красному лаковому столбу для объявлений, и прямо поверх нового указа советника Нарая о запрете группировок, клик и больших семей, наклеил извещение господина Андарза: императорский наставник Андарз угощал народ в день Десяти Гусениц.

В это время Шаваш, взъерошенный и немытый, сидел в комнатке Таси, у окна, и, подперев кулачками щеки, глядел на улицу. Свежее, пряное солнце рассыпалось о репчатые луковках веселых флигелей, утопающих в зелени, утренние торговки стучались в двери с рыбой и зеленью, и через реку победно изгибался мост, с черно-красной, как гусеница-пожарник, крышей, с ослепительно сверкающими на солнце красными лаковыми столбами, и трепещущими зонтиками лоточников, чистящих перышки в ожидании первой публики.

Дверь отворилась, и вошла Тася с двумя кадушечками воды: от кадушечек пахнуло жаром, и пар вился над них горлышком.

- Ну и влип я, - сказал Шаваш.

- Да, - сказала Тася, выливая воду в большой медный таз, - точно влип. Андарзу скоро отрубят голову.

- Ничего ему не отрубят голову, - сказал Шаваш, - это он отрубит голову Нараю.

Тася изумилась и сказала:

- Это хорошо.

- Ничего хорошего, - вздохнул Шаваш, - потому что как только Андарза арестуют, Айр-Незим поднимет в городе бунт, а варвары в это время залезут во дворец по подземному ходу. И после этого Айр-Незим положит в ихний банк одну половинку страны, а варвары разграбят другую половинку, а Андарзу они разрешат воровать все, что осталось.

- Откуда ты это узнал? - изумилась девица Тася.

- Это не я узнал, - сказал Шаваш, - случайно это узнал господин Нан, а я был в это время неподалеку.

- Вряд ли господин Нан допустит такую вещь, - сказала Тася, наверное, он уже у Нарая.

- Нет, - сказал Шаваш, - господин Нан по уши запутан в осуйских взятках. Он делал дела еще почище, чем покойник Ахсай, только осторожней был. Если он донесет на Айр-Незима, он поедет на тот свет в одной с ним лодке. Этим людям все равно, что будет с государством, им бы лишь голова была цела и карман полон. Скорее всего Айр-Незим даст ему тысяч пятьдесят, да и возьмет в приспешники.

Шаваш вздохнул и добавил:

- Если бы мне дали тысяч пятьдесят, я бы тоже на многое согласился.

- А Андарз об этом знает?

Шаваш покрутил головой в знак неосведомленности.

- Может быть, - предложила Тася, - рассказать все господину Андарзу? Наверняка ему будет неприятно, если он узнает, что варвары хотят схватить государя и разграбить город.

296